Идея двух миров была определяющей также для символистской эстетики и искусства. Но как в романтизме, так и в символизме нездешняя, высшая реальность, спрятанная за повседневной жизнью, имела смысл и значение только в связи с утверждением определенного рационально-этического идеала, а сам этот идеал был полностью реального, человеческого происхождения. Поэтому романтико-символистский нездешний мир — это, по существу, жизненный общественный идеал, и вне этой связи скрытую действительность у романтиков и символистов рассматривать нет смысла.

Позиция же сюрреалистов в этом вопросе оборачивается принципиально иным решением, что резко их обо-собливает от предшественников, несмотря на общий подход к действительности.

Все позитивное понимание сюрреалистической сверхреальности может быть сведено к тому, что она противопоставляется привычной закономерной реальности и что логическому познанию и понятийному определению сверхреальность не подвластна, она им противоположна. Внешний чувственный мир, хотя и не отрицается, но выносится за скобки сюрреалистических интересов. Его рассматривают как враждебный. Усилия направлены на то, чтобы избавиться от его законов. Сюрреалисты часто

употребляют понятие «тирания объективности» и требуют от художника полного «преодоления видимости».