Сюрреалистическая революция не имеет ничего общего с революцией социальной. Под революцией сюрреалисты подразумевают только бунт, который, в свою очередь, их интересует в плане психического переживания. Причем речь идет об односторонних психических состояниях, которые связаны лишь с восстановлением комплексов психоанализа: бунт как разрушающая сила, как акт жестокости, как проявление ярости человека. Подобное поведение не теряет своего социального характера, не может не иметь социального значения и оценки. Однако и тех «важных революционных задач», о которых часто упоминается в сюрреалистических изданиях, этот бунт не выполняет.

Сюрреалистический мятеж свелся к скандалам, потасовкам, публичным оскорблениям противников, ни на йоту не продвинув сюрреалистов в их борьбе против западного общества. Случилось противоположное: общество, пепоколебленпое подобным мятежом, подчинило его себе и сделало необходимой нормой поведения. За художником-модернистом оказалась как бы наперед закрепленной характеристика «ниспровергателя», «бунтаря», безотносительно к тому, что ниспровергает и что защи-щает этот художник. Можно сказать, что, начиная с ку-оистов, футуристов и, особенно, сюрреалистов, «конфликт с мещанством» стал обязательным стереотипом поведения западного художника.